На прошлой неделе в офисе Конференции европейских церквей (КЕЦ) в Брюсселе, рядом с правительством Евросоюза, с докладом о правах человека выступал секретарь Союза православных граждан (СПГ) Кирилл Фролов. Звучит как простое протокольное сообщение. А ведь еще несколько лет назад такая тема в устах активиста «православной общественности» была просто невозможна: о заговоре против России, о царе-мученике — пожалуйста, но никак не о правах человека. Да никто несколько лет назад и не допустил бы присутствия представителя подобной организации на таком собрании. Нынче же СПГ, с санкции Русской православной церкви, стал членом КЕЦ, и на данной встрече Фролов был, собственно, единственным представителем России: значит, Отдел внешних церковных связей (ОВЦС) Московского патриархата доверяет ему представлять церковную линию (или — собственно союза, но не противоречащую официальной).

Судя по количеству утечек, в недрах российского военного ведомства происходят бурные события. В один и тот же день российские газеты опубликовали две информации. В одной речь идет об очередном списке отсрочек от призыва, которые Министерство обороны намерено отменить. Это не то третий, не то четвертый подобный список (признаться, я уже сбился со счета), который военные запускают в печать. Нынешний — наиболее драконовский.

Похоже, караул устал ждать. Мощная атака, которой в последние дни подвергся премьер Михаил Фрадков, – самое верное тому доказательство. Впервые за много лет мы стали свидетелями использования телевидения в качестве инструмента для «наезда» на столь высокопоставленного чиновника. Поочередно в своих итоговых еженедельных программах на НТВ на Фрадкова накатили сначала Глеб Павловский, а затем – его младший собрат по пропагандистскому цеху Владимир Соловьев. Последний даже превзошел сэнсэя, позволив себе открытое глумление над премьером. В сюжете Соловьева Фрадков предстает этаким Винни-Пухом. Медвежонком-недотепой, не способным даже мед у пчел стырить. Контуры интриги, связанной с переходом Медведева из администрации в Белый дом, сегодня начали вырисовываться гораздо более отчетливо. В связи с этим яростная атака на Фрадкова уже не вызывает удивления.

Газета «Известия» — поцветневшая, располневшая, обуржуазившаяся, похожая на дорогую голландскую проститутку, не скрывающую имени сутенера (в нашем случае — ОАО «Газпром-Медиа»), — напечатала отрывок из нового романа Владимира Сорокина «23 000», выходящего книжкой на следующей неделе в издательстве «Захаров». Книгу я не видел, и все нижеследующее никак не может считаться рецензией. Единственное, что я могу сказать как профессиональный читатель, — текст, судя по фрагменту, исполнен достойно. Но только в случае с Сорокиным, филигранно имитирующим всякие расхожие чужие стили и обходящимся без того, что именуется «авторской находкой», это очень сомнительный комплимент.

С 5 декабря Северная Корея удерживает наш сухогруз «Терней». Это судно не ловило рыбу у берегов Северной Кореи – оно просто было загнано в терводы жестоким штормом. Согласно морскому праву, «Терней» имел право пройти через терводы из одной страны в другую, а в условиях шторма он вообще превращался в терпящее бедствие судно – такое же, как северокорейская шхуна, которую пару недель назад спасли наши рыбаки.

Владимир Путин явился в Грозный к дате – к восьмидесятилетию автора песенки крокодила Гены. Ну и к другой дате – ко Дню Конституции. И сделал всё как в песне. С днём рождения поздравил новоизбранный чеченский парламент. Кажется, и пятьсот эскимо пообещал... А ещё похвалил собравшихся за «активную наступательную работу, большое личное мужество и желание добиться позитивного результата».

Второй Всероссийский гражданский конгресс прошел спустя год после первого. В годовщину принято подводить итоги. Если говорить коротко, то для демократов минувший год стал временем упущенных возможностей. Разговоров о благотворности объединения было много. Но промежуточным результатом объединительного процесса стало лишь образование четырех (!) партийных центров, претендующих на лидерство в этом благородном деле. К СПС и «Яблоку» сначала добавились вышедшие из летаргического состояния республиканцы Владимира Рыжкова и Владимира Лысенко, а затем демократы Михаила Касьянова и Ирины Хакамады. Таким образом, появление Касьянова в качестве оппозиционного политика привело пока что только к усложнению «торгового» процесса.

Эта история описана в «Швейке». В кафе играют в карты, и один господин после каждой сдачи приговаривает: «Нам на вас, а вам на нас…». Ну и договорился: какой-то нервный партнер взял литровую кружку пива и разбил о его башку. Так вот, очнувшись, пострадавший прошептал: «Вам на нас, а нам на вас … нечего обижаться».

Не так давно один из свидетелей переговоров президента Путина и Сапармурата Ниязова высказывал мне свой восторг. «Ниязов, — говорил мне дипломат, — на каждый вопрос по газу отвечал, «это к менеджерам». Не то Владимир Владимирович – он знал каждую цифру и маршрут каждого кубометра. Просто было такое впечатление, что говорил профессор и щенок».

Как же все-таки недооценили в первом главном управлении КГБ подполковника Путина В.В! Известно, что в разведке будущий российский президент занимался бумажной работой, до оперативной его не допустили. И поэтому легко расстались с кадром, которого посчитали не слишком уж ценным. А подполковник наверняка мечтал заняться самым рискованным и одновременно самым престижным для разведчика делом – вербовкой.