В оппозиции
24 октября 2019 г.
СПЧ: «Они вычистили квадрат, и все»
14 ИЮНЯ 2017, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО



Один из итогов Дня России стало проявление тех изменений на правозащитном поле, которые произошли, видимо, довольно давно, но после 12.06.2017 стали очевидны. Лакмусовой бумажкой для правозащитников стало отношение к действиям полиции, с одной стороны, и к более чем полутора тысячам задержанных, с другой. Одной из главных правозащитных организаций в стране, обеспечивающих правовую помощь участникам протеста, стала «Открытая Россия» Михаила Ходорковского. На другом полюсе оказался федотовский Совет по правам человека при президенте, который однозначно принял сторону полиции и обвинил во всем участников протеста.

Вот что говорят сами члены СПЧ (источник – «Медиазона»).

Леонид Никитинский (секретарь СЖР): «Особой ретивости полиция не проявляла. Все довольно спокойно происходило. Агрессии не было ни с той, ни с другой стороны. По-моему они вычистили квадрат, и все».

Игорь Борисов (Институт избирательного права): «Такое впечатление, что все они (протестующие – И.Я.) априори понимали, что являются правонарушителями, но естественно русское «авось» требовало еще поискать возможные пути выхода из неприятной ситуации. Хочется отметить достаточно агрессивное поведение «ядра участников» несанкционированного митинга относительно правоохранителей. «Защитнички вы народные!» — постоянно бросали в лицо рядовым полицейским, сдерживавшим натиск толпы. — Конституцию почитайте. Это мое право говорить, что я хочу и где я хочу!» — с явным осуждением процитировал член СПЧ участников протеста.

Кирилл Кабанов (председатель Национального антикоррупционного комитета): «Организаторам нужны именно эти публичные истории с задержаниями, с арестами, нужно максимальное вовлечение молодежи. История, когда было привлечение молодежи 26 марта, повторилась полностью. Это плохая тенденция, этих молодых людей очень жалко».

Андрей Бабушкин (правозащитник, муниципальный депутат).  Единственный из членов СПЧ нашел нарушения у силовиков: «Сотрудники Росгвардии были без нагрудных знаков, в связи с чем их оказалось невозможно идентифицировать». Далее позиция Бабушкина ничем не отличается от позиции всех остальных членов СПЧ: «В целом полиция делала все, чтобы столкновений не было, и то, что они произошли – вина граждан, которые пошли не туда, куда планировали». Конец цитаты.

Язык говорит о человеке намного больше, чем он сам хочет сказать. Слова известного журналиста «Новой газеты» Леонида Никитинского «они вычистили квадрат», сказанные им об отрядах «космонавтов», которые набрасывались на мирных граждан и уволакивали их в автозаки, свидетельствуют о серьезных изменениях в его голове. Это не слова журналиста и не слова правозащитника. И даже не слова нормального полицейского. Это сленг полицая, который в результате длительного выполнения преступных приказов деградировал до уровня тонтон-макута.

О деградации Кабанова и Борисова говорить не приходится, поскольку оба изначально были «правозащитниками» в погонах, и суть их работы состояла во внедрении в правозащитное движение с целью его развала.

Более сложный случай с Андреем Бабушкиным, который был и в значительной степени сейчас остается одним из наиболее эффективных защитников прав заключенных. Возможно, мы имеем дело с эффектом частичного «срастания с врагом», поскольку в ходе защиты прав зеков, правозащитнику постоянно приходится не просто общаться с сотрудниками УФСИН, но и входить с ними в человеческие отношения, выслушивать их аргументы, пытаться понять их логику…

Наиболее ярко характеризуют позицию СПЧ два его руководителя — председатель и ответственный секретарь. Вот их позиция.

Яна Лантратова (ответственный секретарь СПЧ): «Участники протестной акции против коррупции на Тверской вели себя агрессивно и провоцировали сотрудников полиции». По словам Лантратовой, «все условия для проведения согласованного митинга были соблюдены. Сотрудники полиции и Росгвардии вели себя корректно. Все прошло мирно»,

Михаил Федотов (председатель СПЧ) подробно высказался о ситуации в утреннем «Развороте» с Бычковой и Нарышкиным на «Эхе» от 13.06 (дата, как позже убедимся, имеет значение!).

Бычкова: У вас есть данные, сколько сейчас задержано, в том числе несовершеннолетних?

Федотов: К сожалению, точных данных у меня до сих пор нет.

Бычкова: А почему у вас их нет?

Федотов: Потому, что пока не дали. Понимаете, я сам посчитать это не могу.

Бычкова: Разумеется, но вы сейчас ждете, чтобы получить данные от МВД?

Федотов: У нас есть ориентировочные данные, которые сделали наши коллеги, Андрей Бабушкин, в частности. Но мне эти цифры кажутся фантастическими.

Бычкова: А какие это цифры?

Федотов: Что-то около 800 человек задержанных.

Далее довольно длинный и смешной разговор о том, можно ли доверять данным МВД, в котором Федотов уверяет, что он ждет цифру от МВД именно как истину в последней инстанции. Дата этого разговора, 13.06, важна в связи с тем, что накануне на сайте ОВД-ИНФО по состоянию на 23:30 были вывешены персональные данные о 825 задержанных и Федотов, у которого есть аппарат и куча членов СПЧ, мог без малейшего труда установить достоверность этого списка и организовать им правовую помощь. Впрочем, о чем это я? Федотов и помощь?.. Федотов и право?.. Глупости какие!

Вернемся к разговоре на «Эхе», где есть еще один любопытный эпизод.

Нарышкин: Справедливо он (Навальный – И.Я.), по-вашему получил 30 суток ареста? Не по закону – по справедливости?

Федотов: Думаю, да. Во всяком случае, по закону абсолютно правильно, потому что это повторное нарушение, следовательно, оно может быть до 30 суток, как сказано в законе.

Конец цитаты.

Полагаю, что на сегодня деградация СПЧ в целом и отдельных его членов (видимо, большинства?) в частности завершилась. Возможно, кто-то из президентских правозащитников сделает в дальнейшем что-то хорошее и благородное. И даже наверняка сделает. Более того, в составе СПЧ есть несколько симпатичных и весьма уважаемых людей. Но это не отменяет общего вывода: в данный момент СПЧ окончательно превратился в совершенно позорную контору, действующую рука об руку с репрессивными структурами Путина по уничтожению гражданского общества и прав человека. Что же касается правозащитного движения в России в целом, то оно в данный момент в руинах и пока не вполне понятно, кто сможет его из этого состояния вывести.

Фото: Евгений Фельдман для проекта "Это Навальный"















  • Юлия Галямина: Мы планируем оспаривать эти иски во всех соответствующих инстанциях, вплоть до ЕСПЧ. Но пока что их придётся выплачивать...

  • Коммерсант: По словам адвоката Юлии Галяминой Андрея Тамурки, он и его коллеги предполагали, что суд снизит сумму взыскания до 5 млн руб., но и с этим решением юристы не согласны. 

  • Алексей Чуприков: Дмитрий Леухин, компания "Флай-авто". Печально, конечно, что занимается госзаказами, а не коммерческой деятельностью. Но его имя тоже должно стать известным.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Судебный грабеж оппозиционеров
2 ОКТЯБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
К перечню преступлений путинской судебной системы, помимо заведомо незаконного отправления за решетку невиновных и  воспрепятствования избирательных прав граждан, относится еще и грабеж. К оппозиционерам, которых 27.07.2019 и 03.08.2019 избивали, ломали, тащили в автозаки и сажали в кутузку, предъявили вполне абсурдные иски несколько государственных и аффилированных с властью структур. Вот эти умученные от оппозиции. Московский метрополитен оценил свои страдания в 53 тысячи 642 рубля от незапланированного выхода нескольких начальников в выходной. 
Прямая речь
2 ОКТЯБРЯ 2019
Юлия Галямина: Мы планируем оспаривать эти иски во всех соответствующих инстанциях, вплоть до ЕСПЧ. Но пока что их придётся выплачивать...
В СМИ
2 ОКТЯБРЯ 2019
Коммерсант: По словам адвоката Юлии Галяминой Андрея Тамурки, он и его коллеги предполагали, что суд снизит сумму взыскания до 5 млн руб., но и с этим решением юристы не согласны. 
В блогах
2 ОКТЯБРЯ 2019
Алексей Чуприков: Дмитрий Леухин, компания "Флай-авто". Печально, конечно, что занимается госзаказами, а не коммерческой деятельностью. Но его имя тоже должно стать известным.
За «оправдание терроризма» – 7 лет тюрьмы. Но оправдания не было
1 ОКТЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Атака силовиков на псковскую журналистку Светлану Прокопьеву проходит в стороне от главной темы нынешнего лета – московских протестов, связанных с прошедшими выборами в Мосгордуму. Тем важнее отметить, что история эта не затерялась, не выглядит второстепенной и побочной: проблема обсуждается в независимых СМИ, в поддержку Прокопьевой выступают пикетчики по всей стране, ее имя упоминалось во многих коллективных письмах в защиту политзаключенных, о Прокопьевой говорили с трибуны последнего московского митинга. Все это в совокупности оставляет надежду на более или менее благополучный исход дела.
Прямая речь
1 ОКТЯБРЯ 2019
Зоя Светова: ...журналистам понадобилось какое-то время, что разобраться, понять, что её судят за слово и в дальнейшем любого журналиста можно будет обвинить в том, что он оправдывает терроризм
В СМИ
1 ОКТЯБРЯ 2019
"Эхо Москвы": Журналисты пикетировали администрацию президента в Москве, чтобы привлечь внимание уголовному преследованию псковской журналистки Светланы Прокопьевой. 
В блогах
1 ОКТЯБРЯ 2019
Сергей Пархоменко: Там черт знает что происходит: ее обвинили в «оправдании терроризма», обманом заставили дать «подписку о неразглашении дела», - и про это почти никто не знает и не помнит.
Воскресный митинг завершил очередной этап российского протеста
30 СЕНТЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Последняя акция оппозиции, что 29 сентября прошла на проспекте Сахарова, собрала, по подсчетам «Белого счетчика», около 25 тысяч человек. Погода в этот день случилась дождливая, но на настроении людей, пришедших протестовать против политических репрессий, это никак не отразилось. Они были полны решимости, с воодушевлением встречали пламенные выступления ораторов, многие держали в руках портреты фигурантов последних уголовных дел, выкрикивали антиправительственные лозунги. Словом, атмосфера была весьма бодрая, духоподъемная, вполне соответствующая характеру и формату мероприятия.
Прямая речь
30 СЕНТЯБРЯ 2019
Кирилл Мартынов: На базе старого «диванно-комнатного» возмущения, когда люди просто подписывали открытые письма и потом шли заниматься своими делами, складываются новые связи и... новая солидарность