Борьба с коррупцией
19 декабря 2017 г.
Мертвые души Роскомнадзора
13 ОКТЯБРЯ 2017, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО



Следственный комитет России возбудил уголовное дело о мошенничестве против трех чиновников Роскомнадзора, в том числе пресс-секретаря Вадима Ампелонского, главы аппарата Александра Весельчакова и руководителя правового управления Бориса Едидина.

Про то, что в России воруют, было сказано классиком двести лет назад, так что большой новости здесь нет. 21 век внес уточнения в масштабы, но не в суть процесса. На фоне миллиардов полковника Захарченко те 29 миллионов 187 тысяч рублей, которые, по версии следствия, незаконно были выплачены сотрудникам Роскомнадзора в период с ноября 2012 по февраль 2017, это жалкие крохи, размер которых может свидетельствовать об изумительной скромности и беспримерной честности чиновников главного цензурного ведомства России. Ведь если даже предположить, что все обвинения СКР верны, получается, что каждый из троих крал в месяц в среднем менее двухсот тысяч рублей. Чтобы понять, какую титаническую работу проделал творческий коллектив Роскомнадзора под руководством, в том числе, этих троих бессеребренников, обратимся к фактам и цифрам.

Роскомнадзор заблокировал 152 662 интернет-ресурса. В том числе 13.03.2014 в реестр запрещенной информации были внесены ЕЖ.ru, Каспаров.ru, Грани.ru, а также блог Алексея Навального. Среди жертв Роскомнадзора: социальная сеть Linkedlin, мессенджеры Black Berry Messendger, Imo, Line, аудеовидеочат Vchat и пр. В данный момент труженники Роскомнадзора угрожают заблокировать в России Facebook.

Роскомнадзор – это цензурное ведомство, созданное вопреки статье 29 Конституции РФ, запрещающей цензуру и вопреки статье 3 закона о СМИ, прямо запрещающей «создание и финансирование организаций, учреждений, органов или должностей, в задачи либо функции которых входит осуществление цензуры массовой информации».

Роскомнадзор – это группа людей, цель которых сделать жизнь людей хуже, беднее, скучнее и глупее. Долгая история российской цензуры богата на яркие личности. На одном полюсе утвердился легендарный мракобес Александр Иванович Красовский, любимый герой эпиграмм и сатирических реплик Пушкина, Вяземского, Майкова, которого Аксаков называл «маньяком, одержимым свободобоязнью». На другом полюсе цензурного универсума можно разглядеть Тютчева, который, будучи цензором иностранной литературы, писал, что «нельзя налагать на умы безусловное и слишком продолжительное стеснение и гнет без существенного вреда для всего общественного организма».

Принципиальное отличие современных цензоров из Роскомнадзора от их предшественников в том, что большинство цензоров прошлого верили в то, что они делают важную и нужную для страны работу. Мракобес Красовский верил в то, что русскому человеку вообще не нужно читать и по мере сил стремился приблизить общество к этому своему идеалу. Либерал Тютчев верил в то, что читать непременно нужно, но не все, и поэтому первым познакомил русского читателя с Гейне, а «Манифест Коммунистической партии» на русском запретил, небрежно обронив: «Кому надо, прочтут и на немецком».

Цензоры Роскомнадзора вообще ни во что не верят. Они, в отличие от цензоров прошлого, даже не читают то, что запрещают. Мне пришлось в этом убедиться, участвуя в судебном заседании по иску редакции «ЕЖа». Мы просто пытались выяснить, за что именно нас закрыли. Какая именно из публикаций «Ежедневного журнала» нарушила закон и в чем. Судебное заседание длилось довольно долго, и все это время ни сотрудники Роскомпечати, ни сотрудники прокуратуры не могли объяснить, чем перед законами РФ провинился «ЕЖ». Дело дошло до того, что даже судья, который изначально был на 100% на стороне Роскомнадзора, стал на повышенных тонах требовать от цензоров любого внятного ответа. Правда, так и не дождавшись ответа, иск «ЕЖа» все равно отклонил, и издание так и осталось в списке запрещенных в России…

Суть мошенничества, в котором обвиняют цензоров из Роскомнадзора, в том, что они зачисляли на работу в подведомственный им ФГУП «Главный радиочастотный центр» т.н. «подснежников», зарплату которых получали сами. «Подснежники» – это современное название «мертвых душ». Правы те, кто считает, что лучше Гоголя современную путинскую Россию пока не описал никто. Мертвые души цензоров из Роскомнадзора старательно душат все живое в России. И понемногу подворовывают с помощью все той же бессмертной технологии «мертвых душ».


Фото Натальи Деминой












  • Леонид Гозман: Алексей Улюкаев оказался из тех людей, для которых подобные потрясения становятся мотивацией к развитию. Его слова – это шаг вперёд.

  • Коммерсант: Улюкаев пообещал до конца жизни защищать слабых, попросил суд «подняться над завесой инсинуаций и лжи» и поздравил присутствующих с Новым годом.

  • Рыклин Александр: Последнее слово Алексея Улюкаева - из тех речей, что в корне меняют, переворачивают представление о человеке...

     

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Последнее слово Улюкаева
8 ДЕКАБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Последнее слово подсудимого – это не только важная часть судебного процесса, но и иногда существенный факт в биографии человека, уточняющий представление о нем. А в некоторых случаях последнее слово становится важным историческим документом или даже литературным событием. Таковы последние слова Сократа, Джордано Бруно или, например, пятичасовая речь Фиделя Кастро 16.10.1953. При всех различиях между этими тремя людьми, а также, несмотря на весьма разные роли каждого из них в истории человечества, их заключительные слова, обращенные к судьям, стали документами эпох.
Прямая речь
8 ДЕКАБРЯ 2017
Леонид Гозман: Алексей Улюкаев оказался из тех людей, для которых подобные потрясения становятся мотивацией к развитию. Его слова – это шаг вперёд.
В СМИ
8 ДЕКАБРЯ 2017
Коммерсант: Улюкаев пообещал до конца жизни защищать слабых, попросил суд «подняться над завесой инсинуаций и лжи» и поздравил присутствующих с Новым годом.
В блогах
8 ДЕКАБРЯ 2017
Рыклин Александр: Последнее слово Алексея Улюкаева - из тех речей, что в корне меняют, переворачивают представление о человеке...  
Тринадцать друзей Керимова
5 ДЕКАБРЯ 2017 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувший понедельник внимание активной отечественной общественности было приковано к разнообразным судебным разбирательствам как внутри страны, так и за ее пределами. Начнем снаружи. Те, кто делает все возможное, чтобы попытаться разрешить проблему российского миллиардера Сулеймана Керимова, обвиняемого во Франции в отмывании денег и неуплате налогов, придумали, как им представляется, изящный ход. Тринадцать кавалеров ордена Почетного легиона из самых разных слоев российского общества (есть даже один полярный исследователь) написали письмо президенту Франции Эммануэлю Макрону с просьбой облегчить досудебную жизнь Сулеймана Керимова
Прямая речь
5 ДЕКАБРЯ 2017
Зоя Светова: Происходящее по театральному делу — беспрецедентная история... Вчера мы в очередной раз услышали, что следствие предъявляло фигурантам поддельные протоколы допросов других фигурантов.
В СМИ
5 ДЕКАБРЯ 2017
REGNUM: Издание Nice Matin уточняет, что деньги были ввезены в чемоданах — по €20 млн в каждом. Вес одного чемодана составлял около 45 килограммов.
В блогах
5 ДЕКАБРЯ 2017
Oleg Pshenichny: Интеллигенция пропустила момент, когда на смену стилистическим разногласиям с властью пришли физиологические.
Transparency International о борьбе с коррупцией в Грузии
4 ДЕКАБРЯ 2017 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Сегодня Грузия стала лидером региона по борьбе с коррупцией. Согласно Индексу верховенства закона Transparency International (в странах мира 2016 года), среди стран Восточной Европы и Центральной Азии по уровню отсутствия коррупции Грузия заняла первое место. По данным этой организации, а также данныи Баромет из Швейцарии только 12% населения страны считают коррупцию одной из самых больших проблем страны. В общем рейтинге условий ведения бизнеса Всемирного Банка Doing Business за 2017 год  среди 198 стран мира Грузия занимает шестнадцатое место и третье — по признаку затруднений при выдаче разрешений на строительство.
Важно понимать: как побороть коррупцию на деле?
4 ДЕКАБРЯ 2017 // НИКОЛАЙ ЖДАНКИН
Коррумпированность во власти и в социальной сфере в России достигла уровня, при котором страна несет серьезнейшие потери в экономике, в эффективности управления, в качестве жизни, в доверии к государственным институтам. Мы уже подошли к той опасной черте, за которой начинается хаос и неразбериха, когда люди, недовольные действиями власти, выходят на улицу и требуют от слов, которые уже давно всем надоели, перейти к делу. Нужна реальная и не виртуальная борьба с коррупцией.