Что делать?
19 февраля 2019 г.
Массовая бедность в России угрожает существованию страны
29 ЯНВАРЯ 2018, ЕВГЕНИЙ ГОНТМАХЕР
Нажмите на картинку, для того, чтобы закрыть ее

Наше время обесценивает все серьезные, системообразующие слова, так или иначе связанные с общественной жизнью. За примерами недалеко ходить: «демократия», «рыночная экономика», «права человека». Спросите об отношении к ним массового российского обывателя, и вы получите в ответ множество негативных эмоций и оценок. Никого это уже и не удивляет. Мы ведь изобретаем что-то свое, особое, евразийское, которое утрет нос «гнилой» Европе.

И тут приходит в голову русская пословица: «Без порток, но в шляпе». Я имею в виду такую элементарную вещь, как бедность, которая таким же образом начинает забалтываться. Почему-то в «гнилой» Европе бедность, несмотря на массу накопившихся социальных проблем, не носит массового, критического характера. Там скорее наиболее острые проблемы благосостояния касаются среднего класса.

А у нас только ленивый не рассуждает о бедности, всячески подчеркивая, что она нетерпима, но при этом пользуется совершенно неадекватными оценками ее реальных масштабов.

Согласно официальной оценке Росстата, наша бедность — это порядка 13% населения, что, конечно, не мало, но и не так много, как это было в 2000 году — 29%. Так что можно продолжать охать по поводу этого, «кричащего», по выражению Дмитрия Медведева, явления, но ровным счетом ничего не делать, чтобы реально помочь этим 13% россиян: ведь остальные 87%, получается, живут небедно. А это подавляющая часть электората, которая должна проголосовать (и наверняка проголосует) «как надо». Но, к сожалению, проблема бедности в России куда масштабнее и глубже, чем эти пресловутые 13%.

Хочу напомнить, что впервые в нашей стране официальная черта бедности появилась только в самом конце советского периода. 21 мая 1991 года президент СССР Михаил Горбачев подписал указ «О минимальном потребительском бюджете». Уже после конца Советского Союза, в начале 1992 года, когда произошла либерализация цен, оказалось, что ниже черты минимального потребительского бюджета живут две трети россиян. Это была реальная социальная катастрофа, спровоцированная накопившимися проблемами «развитого социализма», выплеснувшимися наружу после начала гайдаровских реформ.

Мне довелось в то время работать в российском Министерстве труда, и мы с коллегами предложили сконцентрировать скудные государственные ресурсы для помощи самым обездоленным из этого огромного океана бедности. А для этого предложили временно (это я хотел бы подчеркнуть!) использовать намного более скромную черту бедности, которую назвали «прожиточный (физиологический) минимум». Применив ее, удалось выявить треть населения, которая находилась в самом аховом положении, и что-то предпринять для помощи этим людям — в основном семьям с несовершеннолетними детьми.

Кстати, Борис Ельцин узаконил такой расчет бедности специальным указом от 2 марта 1992 года «О системе минимальных потребительских бюджетов», в котором было установлено, что «прожиточный (физиологический) минимум» нужно использовать только «на период кризисного состояния экономики». А в качестве базовой черты бедности нужно продолжать использовать примерно в 2 раза более тучный «минимальный потребительский бюджет».

Но прошли годы, в 2000-е годы экономика резко пошла вверх, ощутимо повысились и доходы населения, а прожиточный минимум (потеряв красноречивое уточнение «физиологический») продолжает использоваться в качестве единственного официального инструмента для определения масштабов бедности. На этот счет даже приняты специальные законы. А вот «минимальный потребительский бюджет» напрочь забыт. Но если оценить размеры российской бедности, используя его, то выйдет никак не меньше 25% населения. Это уже уровень, который угрожает самому существованию страны. Потому что с таким качеством «человеческого капитала» нам и не стоит мечтать о прорыве в число наиболее развитых стран.

Эти 25% говорят о том, что борьба с бедностью в России — это не просто раздача подачек, типа новых пособий, которые непонятно из каких источников будут обеспечены, если не случится экономического роста. А его, кстати, не случится во многом потому, что слишком много бедных в нашей стране. Вот такой практически замкнутый круг!

Но есть еще два отягощающих обстоятельства. Первое из них — это оценка людьми уровня своего благосостояния. Мониторинг Высшей школы экономики летом прошлого года показал, что у 41% россиян денег не хватает на покупку одежды и даже еды. Подобные цифры дают и другие исследовательские центры.

Во-вторых, социологи давно отметили, что у российских семей преобладают ценности выживания, а не развития. И это характерно для большинства населения — в том числе и тех, кто ни по каким цифровым критериям не попадает в число бедных. Что это означает на практике? Такая семья не может купить приличное жилье, оплатить дополнительное образование и становящиеся все более платными качественные медицинские услуги, выехать на полноценный отдых.

Нельзя не сказать и о том, что бедность весьма неравномерно распределена по территории России. Если в Москве средняя зарплата превышает 60 тыс. руб. в месяц, то в целом по стране она почти в два раза ниже, а в ряде регионов и вовсе колеблется в районе 20 тысяч. Более того, очаги бедности есть и во множестве нестоличных городов и сельской местности. Все это приводит прежде всего к оттоку людей в крупные города, которые уже задыхаются от инфраструктурных и зачастую экологических проблем. В результате мы имеем, с одной стороны, обезлюживание наших пространств, в том числе тех, где вполне комфортные природно-климатические условия жизни, а с другой — перенаселенные города, в которых многие мигранты так и не нашли счастья, попав в разнообразные ловушки и потеряв жизненные перспективы. Социальные лифты, о которых сейчас так модно говорить, для многих молодых и не очень молодых россиян попросту остановились.

Тем самым бедность, если рассматривать ее как невозможность вырваться из состояния постоянного аутсайдерства, и вытекающая отсюда апатия и депрессия поражают и, казалось бы, относительно благополучные с точки зрения плоских цифр группы населения.

Я недаром рисую столь катастрофическую картину. Нам всем — и официальным лицам, и экспертам — надо опомниться и прекратить оценивать социальную ситуацию в стране только ежеквартальными микроизменениями показателя «доли населения с доходами ниже прожиточного минимума», при этом сокрушаясь о «недопустимо» высокой бедности в России. Острота и глубина ситуации, если она будет признана с учетом всех описанных выше аспектов, это хороший повод определить действительные, а не мнимые приоритеты развития России на длительную перспективу.

Сейчас, к примеру, все — сверху донизу — как мантру произносят слова о «цифровизации» экономики и всех других сфер нашей жизни, и даже о вложении денег в образование и здравоохранение. Кто бы возражал! Но то звено, за которое можно было бы вытащить всю цепь, увы, не здесь. Оно в пассивности российского человека, который в своей массе приучен к патернализму со стороны государства. Вот дозвонимся до Путина, и он проведет нам газ или починит водопровод! А еще вдобавок и добавит что-то к пенсии и зарплате. Это неудивительно: под прямым или косвенным контролем государства находятся доходы большинства из нас.

Давайте считать:

— более 40 миллионов пенсионеров (ведь пенсионную систему так и не сделали страховой);

— 15 миллионов бюджетников (работники образования, здравоохранения, культуры, соцзащиты);

— 7 миллионов занятых в госуправлении, военнослужащих и работников правоохранительных органов;

— не менее 1 миллиона работников госкорпораций и контролируемых государством крупнейших акционерных компаний.

Итого: более 60 миллионов россиян, чьи доходы зависят от госбюджета. А если прибавить членов их семей, благосостояние которых в той или иной степени зависит от дохода тех, кто перечислен выше, то цифра может подобраться и к 100 миллионам! Напомню, что население России сейчас составляет чуть больше 146 миллионов человек.

Вот и получается, что борьба с бедностью (если о ней вообще можно говорить) сводится к введению очередного пособия из федерального бюджета. При этом, кстати, в целом ряде регионов потихоньку местные выплаты и льготы либо скукоживаются, либо вовсе отменяются.

По-хорошему нам нужно приступить к решительному разгосударствлению всей нашей жизни — начиная от развития реального, насыщенного деньгами за счет местных источников местного самоуправления и до ухода государства из многих секторов экономики, ответственность за развитие которых успешно может подхватить частная инициатива малого и среднего предпринимательства. А это, конечно, возможно только при радикальной трансформации всей нашей политической системы.

Автор — член Комитета гражданских инициатив

Источник "Московский комсомолец"


Фото: ИТАР-ТАСС/ Александр Рюмин













РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Почему одни страны богатые, а другие бедные
18 ФЕВРАЛЯ 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
Мы живём в мире, полном неравенства. Различия между разными странами напоминают различия между двумя частями Ногалеса (город, разделённый границей между Мексикой и США), только в большем масштабе... Причина того, что Ногалес, штат Аризона, гораздо богаче, чем Ногалес, штат Сонора, проста: совершенно разные институты по обе стороны границы создают совершенно разные стимулы для граждан. Соединённые Штаты гораздо богаче Мексики или Перу благодаря стимулам, которые их институты, и политические, и экономические, создают для граждан, бизнесменов и политиков.
Будущее России в ее прошлом
18 ФЕВРАЛЯ 2019 // ИГОРЬ КОН
Если идти вперед, глядя назад, ты даже на ровном месте будешь спотыкаться и падать. Но это верно лишь для тех, кто куда-то идет. Тем же, кто бродит по цепи кругом, будущее не сулит ничего нового. Давно сказано, что у России непредсказуемое прошлое, потому что ее историю постоянно переписывают в интересах меняющихся начальников (достоверно известно, что Иван Грозный собственноручно редактировал русские летописи). Зато в нем кристально ясно отражается наше будущее. Если не считать всем известных Дорог и Дураков, в российской истории четыре константы: Славное Прошлое, Плохие Соседи, Мудрый Вождь и Светлое Будущее.
Что нас ожидает
15 ФЕВРАЛЯ 2019 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
950 миллионов африканцев и арабов похоронят Европу к середине века!  Так утверждает германский профессор Гуннар Хайнзон, предсказавший еще в начале века «великое переселение народов» и прозванный «Карлом Марксом 21 века». От этого заявления мороз по коже. Хочется воскликнуть: «Такого не может быть! Никогда!» Наверное, этот профессор, кабинетный червь, перепугался телерепортажей последних недель о волне мигрантов с Востока и, сняв очки-велосипеды, выдал в ужасе свой фантастический апокалипсический прогноз… Увы, все гораздо серьезнее.
Зачем «простому человеку» федерализм
14 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСЕЙ БОЛГАРОВ
Унитарное государство отличается наличием единого аппарата управления, единым правом и предполагает гражданство лишь «одного уровня» — страны в целом. Все граждане абсолютно одинаковы в своих правах и возможностях.  Федерацией называют такое государственное устройство, при котором власть является многоуровневой, а субъекты федерации наделены полномочиями и возможностью принятия решений.
Политические партии: опыт развитых стран
6 ФЕВРАЛЯ 2019 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
В российском обществе со сменой поколений социологами отмечено изменение господствующих ценностей. Общество пока пассивное, атомизированное, не очень готово выражать свое мнение, но оно все же с европейскими ценностями. Как говорят, «общество европейское, но слабенькое». Поэтому для него ценен опыт развитых европейских стран, в частности опыт партийного строительства. (Дайджест по книге Ольшанского В.В. Власть и политика. (2010 г.))
Профсоюзы Европы и США
29 ЯНВАРЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Намерение Алексея Навального организовать профсоюз бюджетников вызвало всплеск интереса к профсоюзам: «А что это такое и с чем его едят?» То, что называется у нас профсоюзами (ФНПР), – это особые учреждения, где сидят чиновники, назначенные властью, которые служат власти и понятию «профсоюз» никак не соответствуют. Да, они раздают любимчикам путевки в дома отдыха, но выступать за увеличение зарплаты работников – упаси боже! Тогда тем более нам интересно узнать, что такое настоящие профсоюзы.
Кто виноват? И реформаторы, и народ!
22 ЯНВАРЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Обсуждение фильма Виталия Манского «Свидетели Путина» подвело нас к традиционному русскому вопросу «Кто виноват?». В чем? В установлении в России нового самодержавия, бутафорской демократии! Кто содействовал укреплению авторитарного режима Ельцина, выродившегося при Путине в корпоративное государство? Борис Вишневский в статье в «Новой газете» выразил уверенность, что главная причина в том, что реформаторы пренебрегли демократией в лице Съезда народных депутатов России. А после событий сентября 1993 года не только разогнали Советы, но и провели через референдум авторитарную Конституцию, предоставившую огромные полномочия президенту. Попробуем разобраться.
Школа: бери пример с Финляндии
15 ЯНВАРЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Международные сравнительные исследования образовательных достижений учащихся регулярно выводят Финляндию в мировые лидеры по уровню среднего образования. Финские учащиеся особенно умело находят нужную информацию, критически оценивают ее и последовательно излагают свои суждения. Легко обращаются с различными текстами, анализируют и размышляют, любят читать, применяют эффективные стратегии чтения. Грамотные. Показывают умение решать сложные математические задачи, требующие развитого мышления. Демонстрируют способность объяснять природные явления, представлять доказательства, обоснованные выводы, сопоставлять точки зрения, и главное — применять полученные знания в жизни.
Дорога в никуда
11 ЯНВАРЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест по материалам прессы.У входа в Стеленбосский университет  (ЮАР) висит следующее сообщение: «Уничтожение любой нации не требует атомных бомб или использования ракет дальнего действия. Требуется только снижение качества образования и разрешение обмана на экзаменах учащимися. Пациенты умирают от рук таких врачей. Здания разрушаются от рук таких инженеров. Деньги теряются от рук таких экономистов и бухгалтеров. Справедливость утрачивается в руках таких юристов и судей. Крах образования – это крах нации».
Зачем нам настоящее разделение властей?
24 ДЕКАБРЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Все знают, кто в России хозяин. Президент Владимир Путин! Он прикажет, и вас озолотят выгодным госзаказом. А могут и срок дать, если президент поручит судье это сделать. Ему подчиняются министры внутренних и иностранных дел, обороны, ФСБ и фактически Генеральный прокурор. Да и кандидатов в судьи предлагает он, введя решением ручной Госдумы испытательный срок для этих судей. Внесет Путин любой неправовой законопроект в Госдуму, и та послушно его примет. А уж министры, губернаторы и генералы – все стоят перед ним навытяжку. Вспомните, перед кем извинялся кемеровский губернатор Тулеев за гибель людей при пожаре в торговом центре «Зимняя вишня?» Перед родственниками погибших? Нет. Перед президентом, которого он, видите ли, подставил. Но и для прочих губернаторов и министров важна не оценка народом результатов их деятельности, а отношение к ним Путина.