Мы, конечно, идем своим, особым путем, мы Третий Рим, нас учить не надо, потому что мы сами кого хош научим – и так далее и тому подобное. Это сейчас страшно модно. Но в то же время хочется, чтобы окружающий мир любил нас, таких самодостаточных и красивых. Есть даже пиар-агентство, занимающееся рекламой России за рубежом, президент не раз под различными углами говорил о необходимости пропаганды нашей культуры и языка, об объединении русскоязычных диаспор за рубежом. Опять-таки воссоединение церкви. Наконец, создали фонд «Русский мир».

События последнего года показали, что либеральные силы в одиночку не способны в ближайшей перспективе сменить власть в нашей стране. Все акции, политические шаги, предпринимаемые оппозиционными партиями и общественными организациями вместе и врознь, собирали в столице не более нескольких сот человек, а в провинции еще меньше. Сейчас у оппозиции появился консолидированный центр — Политическое совещание, появилась организация «Другая Россия», куда кроме радикалов вошли демократические партии, клубы, движения, а также известные российские политики, общественные деятели, ученые, журналисты, уже в личном качестве… Впрочем, доверие к оппозиции, по опросам разных социологических служб, оставалось достаточно низким, что вынудило ее искать союзников.

В день 44-летия Михаила Ходорковского

Приятных вам снов, россияне…
У вас тишина да покой.
Свободу, как счет в ресторане,
Оплатит, но кто-то другой.
Чего суетиться, покамест
Не время за вами придти.
Мещанский. Чита. Краснокаменск –
Этапы чужого пути.

Ничего личного: речь о социокультурном аборте, которому страна подвергалась в течение трех поколений. Тема не новая; мы все его жертвы. Только по-разному к этому относимся. Изъяны нежного возраста человек может со временем компенсировать. А может усугубить, если ему втемяшется, что родовая травма — признак его уникальной идентичности и предмет гордости. А.П. Паршев, популярный аналитик, далеко продвинулся по второму пути. Как никому другому, ему удалось собрать фобии, мифы и предрассудки советского человека и выпукло представить картину мира, какой она видится травмированному сознанию. Это большая удача и прямой научный подвиг. Как бывает с темпераментными натурами, он ставил перед собой одну задачу (объяснить, почему мы такие бедные, если мы такие великие), а решил совершенно другую – создал энциклопедию постсоветского самообольщения. Именно с этой точки зрения его тексты будут изучать благодарные потомки.

Честно сказать, я не ждал неожиданностей от устроенных радиостанцией «Эхо Москвы» дебатов спикера Совета Федерации Сергея Миронова и генерального секретаря НАТО Яапа де Хооп Схеффера. По всему, предстоял очередной разговор глухих. В общем, так и произошло. В сто первый раз выдвигались одни те же аргументы. Миронов напирал на то, что Североатлантический альянс окружает Россию, что элементы американской ПРО угрожают нашим ядерным силам. Генсек НАТО разъяснял, что в альянс принимают демократические государства, которые не питают агрессивных замыслов в отношении кого-либо, и что американская ПРО предназначена для обороны против стран-изгоев на тот случай, если они заполучат в будущем ракетное оружие.

Перед очередным выборным циклом российское политическое пространство структурировалось достаточно четко. Сегодня можно с уверенностью констатировать: усилия кремлевских политтехнологов не пропали даром, создана политическая система, чья главная отличительная особенность – ее полная управляемость. Впрочем, управляемость хоть и важнейший критерий, но не единственный. Задача ведь еще состояла в том, чтобы данная политическая система окончательно не утратила демократических признаков.

На встрече с делегатами Всероссийской конференции преподавателей гуманитарных и общественных наук Владимир Путин в очередной раз посетовал, что «научное и методическое обеспечение гуманитарной сферы образования сегодня иногда, скажем так мягко, запаздывает: опаздывает и с современными учебниками, и с подготовкой самих специалистов, самих педагогов». В качестве непосредственного повода для высочайшей тревоги указывалось на то обстоятельство, что «практически нет пособий, которые глубоко и объективно отражали бы события новейшей истории нашего Отечества. Учебники по истории и обществознанию подчас «останавливаются» на периоде 90-х годов прошлого века. Или бегло, абстрактно – а подчас и очень противоречиво, мягко говоря – освещают события самого последнего времени».

Памяти отца Георгия Чистякова

Первые некрологи на смерть о. Георгия, которые появились в сети через несколько часов после его ухода – в ночь с 22 на 23 июня, — сообщали, что он скончался «после тяжелой и продолжительной болезни». И это была правда. Но правдой было и то, что скончался он скоропостижно – внезапно и неожиданно. Для других и для себя самого. Он несколько лет страдал от лейкоза, несколько лет проходил изнурительные курсы лечения. А в конце марта парализовало левую половину туловища – сначала думали, инсульт, но потом стало ясно, что причиной была опухоль головного мозга. С таким диагнозом долго не живут – это понимал и сам о. Георгий, и те, кто его знал, любил, кто молился о нем. Но непосредственной причиной смерти стал инфаркт – не выдержало сердце, подорванное и борьбой с недугом, и бременем пастырского служения, и другими тяготами, о многих из которых, наверное, знал лишь сам о. Георгий.

До выборов 2007-08 годов остается несколько месяцев. Каковы перспективы и возможные формы участия в них российской оппозиции? Для ответа на этот вопрос сначала надо определиться со смыслом самого термина в современных условиях. Я называю оппозицией те политические силы и группы, которые ставят своей целью, именно и прежде всего, изменение сути и смысла политического устройства общества, страны и государства, отказа от всех родовых черт путинского режима и установление твердых, открытых и недвусмысленных правил политической конкуренции.

В своих предыдущих текстах я писал о проблеме национал-оранжизма и его несовместимости с либерализмом и демократией. О том, что европейский аналог российского национализма как провластного, так и оппозиционного – это не солидный Саркози, а демагог Ле Пен. Означает ли все это, что демократическая оппозиция обречена на роль «антипатриотичной» политической силы, которой ее представляют политические оппоненты?
Вовсе нет – хорошо известно, что патриотизм не тождественен национализму и ксенофобии. Более того, подлинный патриотизм несовместим с примитивной этнократией.