Итоги года
25 сентября 2016 г.
Хотят ли русские войны

ИТАР-ТАСС

Не скрою, толчком для написания этой колонки стали слова Ходорковского о Северном Кавказе и горячие дискуссии по поводу этих слов. Но сначала — небольшая преамбула.

По моему убеждению, общеполитический, даже мировоззренческий выбор человек делает (если вообще делает) исходя вовсе не из рациональных, а из эмоциональных, даже вкусовых предпочтений. Один человек любит футбол, другой — биатлон, один любит мясо, другой — пирожные, и т.п. Точно также один больше любит справедливость, а другой — свободу, и поэтому первый становится социалистом, а второй -либералом. Ясно, что схема эта — предельно огрубленная, и поэтому прошу не придираться. Ясно также, что аналогичным образом в соответствии со своими ценностными установками человек может быть патриотом или националистом, что само по себе не хорошо и не плохо. Плохо, когда политические взгляды мешают их носителю соотносить предлагаемые рецепты действий в тех или иных конкретных обстоятельствах с реальностью и взвешивать плюсы и минусы возможных последствий на весах универсальных или, если угодно, общечеловеческих ценностей.

В этом смысле позиция Ходорковского по поводу территориальной целостности России, как одной из важнейших ценностей — нормальная позиция цивилизованного патриота, коим он, собственно, был давно, задолго до ареста, просто тогда он предпочитал не высказываться публично по такого рода вопросам. Заметим также, что Ходорковский не только не хочет войны, но, в случае необходимости, готов идти воевать в качестве добровольца, что, независимо от оценок политических, не может не вызывать уважения, особенно учитывая, что есть все основания верить, что его слова не разойдутся с делом.

Итак, эмоцио формирует базовую позицию и во многом определяет в целом — выбор личной модели поведения. Тем не менее, рациональный анализ строит конкретную пошаговую модель реальности и, следовательно, набор действий человека. И очевидно, что этот рациональный выбор в конкретных обстоятельствах может оказаться одинаковым для людей, весьма различно настроенных эмоционально и ценностно. Достаточно вспомнить любые коалиции — от антибольшевистской до антигитлеровской. И проигравшие в 1920-ом, и победившие в 1945-ом были объединены прежде всего расчетом, стремлением решить первоочередные задачи оптимальным образом.

Как выглядит проблема Северного Кавказа в контексте российских реалий? Ну да, Путин и по его воле — Россия — «кормят Кавказ». А зачем и почему? Даже если абстрагироваться от того, как устроена в РФ система межбюджетных трансфертов, и согласиться с тем, что Кавказ «кормят» гораздо более щедро, чем остальные регионы, трудно поверить, что это делается по причине особой любви Путина к кавказским республикам вообще и к их лидерам, прежде всего к Кадырову, в частности. Значит, тут есть какой-то расчет. По-видимому, он основан на том, что, согласно приписываемой Путину фразе, «Кадыров держит поляну». Что она означает? Видимо то, что Кадыров располагает ресурсами, прежде всего силовыми, вооруженной мощью, во-первых, достаточной для поддержания в Чеченской Республике такого порядка, который позволяет декларировать его конституционным, а во-вторых, позволяющей использовать эту силу в случае надобности внутри страны и даже во внешних конфликтах. Второе обстоятельство имеет наглядные подтверждения — это и события российско-грузинской войны 2008 года, и то, как безнаказанно ведут себя чеченские силовики в Москве и всей остальной России. Первое обстоятельство, если брать Кадырова как пример, а Керимова — как контрпример, показывает, что никакие деньги, никакие имиджевые проекты, никакая благотворительность не стОят применительно к Кавказу в глазах высшей российской власти ничего по сравнению с лояльностью вооруженных боевиков. И такую позицию понять можно — достаточно представить себе последствия попытки со стороны боевиков эту лояльность пересмотреть.

На самом деле, что будет, если прекратить «кормить Кавказ»? Здесь есть два базовых варианта. Первый — это «уравнять» прежде всего Чеченскую Республику, а также Дагестан и другие республики Кавказа в части субвенций, второй — это вообще отделить от России «инокультурные» территории этого региона, предоставив им суверенитет.

Как выглядит «некормленый» Кавказ в составе России — мы видели в 1991-94 гг. Как выглядит «некормленый» Кавказ, фактически независимый от России — в 1996-2000гг. В промежутке мы видели, к чему приводят попытки покорения Кавказа при том уровне вооруженных сил, который был тогда. Многие специалисты считают, что соотношение боеготовности осталось примерно тем же самым. Военный российско-грузинский конфликт показал, как ценит чеченские батальоны российское руководство. В ситуации же, когда это российское руководство опасается (без особых, на мой взгляд, оснований) «оранжевой революции» в самой России и (с гораздо большей вероятностью) крайне неприятного и даже опасного для России характера поворота событий в Афганистане после ухода оттуда американских военных , возможность опереться на чеченские силовые формирования становится для российского руководства еще более важной.

Между прочим, уже в самом начале «первой чеченской», ее как поддерживали, так и не поддерживали люди весьма различных политических взглядов. В частности, 11 декабря 1994 г., в день обнародования приказа «о наведении конституционного порядка» в мятежной республике, мой добрый знакомый и коллега по Думе назвал меня фашистом за то, что я высказался в том смысле, что поддержал бы короткую и выверенную спецоперацию по ликвидации верхушки дудаевского режима, но с ужасом ожидаю вместо этого дикой мясорубки (так оно, собственно на деле и получилось).

Итак, сегодня мы имеем экономически довольно беспомощный регион, основной ресурс которого — неплохо подготовленная группа боевиков, готовых убивать и умирать, но ничего больше не умеющая. Если российская власть, причем неважно какая, перестанет содержать их, то они либо найдут другого «спонсора», либо пойдут добывать себе средства существования самостоятельно. Но единственно доступный им способ заработать — это грабить, брать заложников и рабов, и попутно убивать. Для того, чтобы понять, куда именно они пойдут творить все это, даже не обязательно знать историю. Достаточно взглянуть на карту.

Но даже если появится другой «спонсор», то кто может им быть? Вряд ли это будет благотворитель, бескорыстно заинтересованный в поддержке нового мусульманского государства. В любом случае, это будут структуры, неважно государственные или не вполне, чьи интересы будут в лучшем случае существенно отличаться как от российских, так и от европейских. А возможно, и прямо заинтересованные в дестабилизации России. И тогда очень быстро окажется, что границы проведены несправедливо, что в Поволжье страдают под игом русской оккупации единоверцы, и что вообще пора... А учитывая, что в этом варианте «спонсорская» помощь будет состоять явно не только из гуманитарных грузов, результат будет еще хуже...

Таким образом, любая попытка изменить формат взаимоотношений с кавказскими элитами, что неотличимо от Кавказа в целом, неизбежно приведет к войне. И в этом смысле важно не то, кто готов воевать, а кто не готов, а то, как изменить эти обстоятельства. В войне участвует или не участвует вся страна, весь народ, в том числе и те, кто этого не хочет, и те, кто этого не понимает.

Все события в области решения проблемы кавказского мусульманского терроризма, происшедшее за уже 14 лет путинского правления, показывают, что справиться с ним этот режим не может. Да, Кадырова и, видимо, большую часть боевиков, удалось купить, пожертвовав частью нефтегазовых денег. Но даже меньшая часть продолжает оставаться абсолютно неразрешимой для нынешней России проблемой, что сторонники Умарова и продемонстрировали в Волгограде столь убедительно и кроваво уже после интервью Ходорковского. Тем, кто не согласен с ним, помимо прочего, этим сказали: «Вы не хотите воевать? А куда вы денетесь? Вас ведь не спрашивают, с вами воюют». А подтекстом: «А если вы еще попробуете отделить от себя тех, кто сегодня с вами не воюет...»

Собственно, чего нельзя сделать на основе этого описания, так это оригинальных выводов. Просто (скажем в очередной раз) нам всем необходимо изменить характер страны и государства. Необходимо изменить его так, чтобы оно сумело создать вооруженные силы и специальные службы, способные противостоять и военным, и террористическим угрозам хотя бы с такой же эффективностью, какую имеют сегодня силовые структуры многих стран мира — от США и Китая до Израиля и Южной Кореи. Мы же пока находимся и в этом смысле в одном ряду с Нигерией и Пакистаном. Следующая фаза — Сомали и Судан.

Чтобы эта фаза не наступила, чтобы все-таки изменить нашу страну и наше государство, надо заниматься тем, о чем Ходорковский сказал не один раз, а много — общественной деятельностью. В России эта деятельность не только сложна, но даже порой и опасна, это показывает и мой жизненный опыт, и, думаю, опыт самого Ходорковского, который, подчеркну еще раз, воевать не хочет, хотя в крайнем случае и готов, а заниматься общественной деятельностью хочет и готов в любом случае. А так как, на мой взгляд, выбор именно таков, то вывод, собственно, напрашивается сам. Вовсе не для одного Ходорковского. Для всякого, кто не хочет воевать.



Фото ИТАР-ТАСС/ Валерий Шарифулин












  • Аркадий Дубнов: Надо было дождаться последнего дня уходящего года, чтобы увидеть одно из самых символических его свершений, точнее — антисвершений на постсоветском пространстве.

  • Андрей Солдатов, Ирина Бороган: Весь прошлый год для ФСБ и других российских силовых ведомств, прошел под знаком #крымнаш и военного конфликта на Донбассе. Это выразилось в припадке шпиономании.

  • Нателла Болтянская: Один из главных итогов года уходящего — выросший выше неба уровень цинизма. То есть врут в глаза, нагло улыбаются и передергивают плечиком.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Амбиции и амуниция
9 ФЕВРАЛЯ 2016 // АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН
Главная проблема политики российской власти – принципиальное расхождение свойственных ей внешнеполитических амбиций и находящейся в ее распоряжении амуниции. Правда, внутриполитические условия для ее деятельности в прошлом году были весьма благоприятны. Рейтинг одобрения работы Владимира  Путина на посту президента в прошлом году достигал заоблачных 90%, вслед за ним выросла поддержка и всех институтов власти. Эйфорическое состояние общества ярко выражалось в соотношении тех, кто считает, что дела в стране идут в правильном направлении (оптимистов), и тех, кто считает иначе (пессимистов). В июне 2015 года их соотношение, согласно исследованию Левада-центра, составляло 64 к 22 – и это в условиях нарастающих социально-экономических проблем. 
Питер-Пэнландия
14 ЯНВАРЯ 2016 // СЕРГЕЙ ШАРОВ-ДЕЛОНЕ
Пресловутые 86%, 25-летний юбилей «ДемРоссии», выпавший на ушедший год, дискуссия о будущих (состоятся ли еще?) выборах, да и вообще, Новый год – время подведения итогов и попыток заглянуть в завтра, все это заставило еще и еще раз продумать, что же пошло не так и четверть века назад, и последние пару лет. Ведь то, что не так и не туда – кажется, очевидно уже всем. Двадцать пять лет назад всё никак не хотел кончаться Советский Союз, на самом деле уже умерший (просто мы все об этом еще не догадывались). Великий и ужасный Союз, в котором чувство страха впитывалось с молоком матерей и до конца не отпускало ни на мгновенье. В котором в головах у большинства людей воцарилась глубокая вялотекущая шизофрения, когда каждый по отдельности был «против», все вместе – «за», а СССР – это навечно!
Итоги года. 2015 как 1975
13 ЯНВАРЯ 2016 // ДМИТРИЙ ОРЕШКИН
Опять обрели былую силу советские анекдоты. А новых, за ненадобностью, не появилось. Анекдотом (причем так себе) стала сама жизнь. Ей-богу, уже вплоть до мышей. Даже писать ничего не надо – можно снова выходить с чистым листом: всем и так все ясно. Год-пустышка. Год-дегенерат. Леся Рябцева – главная героиня. О, она заставила говорить о себе! Чем же? Написала удивительную книгу, сняла фильм, добилась небывалого успеха в бизнесе или науке? Нет, все проще. Пристроилась к созданному более одаренными и квалифицированными людьми проекту и с непосредственностью милой провинциалки вымазала его дерьмом. Очень своевременная технология. И востребованная.
Итоги года. Людей сажают — а они остаются свободными
12 ЯНВАРЯ 2016 // ЕЛЕНА САННИКОВА
Неотступным чувством декабря ушедшего года было чувство горечи от того, что снова в тюрьмах и лагерях достойные люди, освободить которых мы бессильны. Это был год отчаянного ужесточения политических репрессий в стране. Казалось невероятным применение новоиспеченной статьи 212.1 УК РФ, принятой вопреки здравому смыслу, будто не всерьез, для острастки, потому что ведь не мог же главенствующий орган законодательной власти всерьез принять настолько антиконституционную статью! Но вот, взяли под стражу Ильдара Дадина на глазах у всех — за взвешенное, спокойное, ничем не нарушающие ни одного закона выражение гражданской позиции, да, собственно — за подчеркнуто мирный протест против нарушений закона и Конституции.
Итоги года. Ведома зверушка
10 ЯНВАРЯ 2016 // НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ
В начале 2015 года было убийство Бориса Немцова. В конце – заочный арест Михаила Ходорковского и обыски у сотрудников «Открытой России». В промежутке между этими событиями уложились и «заморозка» ситуации в Донбассе, и начало бомбардировок в Сирии, и крушение самолета в Египте, и конфликт с Турцией, и драматическое для нашей экономики падение нефтяных цен, и демонстративное уничтожение санкционных продуктов, и робкий, верноподданный, но бунт дальнобойщиков. К концу года, на пике зимы плюс вырисовывается только один – на градуснике за окном.
Итоги года. Которые подводить не хочется
10 ЯНВАРЯ 2016 // СЕРГЕЙ ШАРОВ-ДЕЛОНЕ
Тысячу лет назад удивительно много людей в христианском европейском мире, потрясенных тем, что ни в 1000 году по Рождеству Христову, ни в 1033 году — тысячном году по Его воскресению — не случились неоспоримо ожидавшиеся всеми конец света, Второе пришествие и Страшный суд, — так вот, удивительно много людей прочитали наконец Евангелия, стали думать самостоятельно, приняли на себя ответственность за свои мысли, слова и действия. Тогда-то и родилась цивилизация, частью которой мы все были или частью которой все мы себя считали всю нашу жизнь. Сейчас мир этой цивилизации снова стремительно, взрывным образом меняется, и вряд ли кто возьмется предсказать, как будет выглядеть этот мир уже через ближайшее столетие. Ясно только одно: нас в нем не будет. Потому что в тот самый момент, когда мир начал делать рывок в завтра, Россия стремительно провалилась в небытие.
Итоги года. А я дерусь, потому что дерусь
10 ЯНВАРЯ 2016 // АЛЕКСАНДР ОСОВЦОВ
Портос, конечно, лукавил. Дрался он не просто так, а потому что д'Артаньян случайно увидел, что его перевязь шита золотом только спереди, поэтому ее задняя часть была прикрыта надетым не по погоде плащом. Но та дуэль, как и две другие, с Атосом и Арамисом, к счастью, не состоялась. А вот обычай драться, то ли чтобы прикрыть лишенную позолоты изнанку, то ли вовсе просто так, кое-где сохранился. В частности, весь 2015 год прошел в России под эгидой многочисленных драк, причем это были вовсе не благородные дворянские поединки и жертв было немало. Дралась в основном российская власть, как внутри страны, так и за ее пределами. Дралась подло, стараясь напасть исподтишка, и жестоко, в кровь, а то и до смерти.
Итоги года. Послевкусие 2015: история vs география
9 ЯНВАРЯ 2016 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Подводя итоги 2015 года, Георгий Сатаров написал, что в минувшем году для России так и не наступил 21 век и что он вряд ли начнется в наступившем, 2016-м. «Придется еще немного потерпеть», — предлагает Георгий Александрович. Полагаю, что 21 век для России не наступит никогда. Поскольку в 2015-м ее владелец недвусмысленно заявил о выходе страны из исторического процесса, а население, лишенное субъектности усилиями информационных войск, этот выход горячо поддержало. Идея о том, что Россия запаздывает с вхождением в 21-й век, но, если «немного потерпеть», то можно увидеть счастливый миг его наступления, основана на концепции догоняющего развития.
Итоги года. Ожидая обезьяну с гранатой
9 ЯНВАРЯ 2016 // АНТОН ОРЕХЪ
Прогнозы в нашей стране прекрасны тем, что никогда не сбываются. Год назад, когда для рубля в обменниках уже запасали пятизначные табло, а народ выгребал последние деньги, чтобы скупить все, что можно скупить, запасти по три холодильника, по четыре телевизора и поменять новую машину на еще более новую, казалось, что 2016 год мы будем встречать в лохмотьях, а три холодильника будут одинаково пусты. Крах, революция, баррикады, новый ГУЛАГ – предсказания рисовали любые сценарии, среди которых не было ни одного светлого. Но год миновал, и мы констатируем, что из ужасного не сбылось ничего. Зато подтвердилось проверенное едва ли не столетиями: запас терпения и прочности в нашем народе колоссален. А государство настолько богато, что даже если воровать вообще всё, то запасов и тогда хватит надолго. И глядя в перспективу, думаешь, что тянуться эта бодяга может и год, и десять, и пятьдесят…
Итоги года. Одна война сменить другую спешит…
8 ЯНВАРЯ 2016 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
В конце XIX века Герберт Спенсер выделял два типа государств по их устройству: державы «индустриальные», чьи нормы, законы и институты направлены на мирное экономическое усовершенствование на благо членов общества. И державы воинственные – те, чье существование сугубо обеспечивается ведением войн. К числу последних он относил тогдашнюю африканскую Дагомею (давно и навсегда исчезнувшую с карты мира) и тогдашнюю Россию. По странной причуде исторического развития спустя сто с лишним лет и сегодняшнее российское, путинское, государство, как во внутренней, так и во внешней политике целиком завязано на войну. Его благополучие и даже само существование зависит от перманентной войны.